sotrud.ru   1 ... 81 82 83 84 85 86


173

Ф
О
Р
У
М
Реплика Хилари Пилкингтон указывает на то, что антрополог 
уже не может избежать публичного пространства и, следова-
тельно, должен быть готов к тому, что о его работе будет из-
вестно многим: «Будучи исследователями, мы также все более 
и более становимся открытыми медийному пространству. Да-
же наши рабочие документы нередко оказываются доступны-
ми публике, что делает нас более ответственными, чем рань-
ше, за то, что мы пишем. Все больше и больше мы сообща-
емся через эти многочисленные, быстрые и часто нежелатель-
ные медиа-каналы не только с другими специалистами, но и 
с широкой публикой и, что важно, с нашими респондентами. 
Нынешняя проблема, следовательно, заключается не в том, 
делать ли публичной информацию о ксенофобских практиках 
и взглядах, но в том, как удержать контроль над тем, что со-
общается о нашем исследовании, а также как представлять 
информацию адекватно для самых разных аудиторий».
Позиция антрополога при исследовании проблем ксенофобии
Тема контроля над использованием собственных исследова-
ний как долга ученого показалось важной и Стивену Шен-
филду: «Вы можете приложить массу стараний для того, что-
бы застраховать ваш текст от злонамеренного использования. 
Однако <…> если кто-то решился исказить вашу точку зрения, 
он всегда сможет это сделать. Это одна из тех ситуаций, ког-
да, наверное, необходимо высказаться публично».
Все эти выдержанные примерно в одном духе высказывания 
я позволю себе прокомментировать следующим образом. Да, 
антрополог не должен уклоняться от публичных дискуссий или 
бояться высказать свое мнение в СМИ. Но… своими смелыми 
высказываниями он может «закрыть» себе поле. Например, 
если он выскажется о каком-то этническом конфликте, пусть 
даже осторожно и взвешенно, велика вероятность того, что 

обе стороны будут недовольны услышанным. Использование 

полученной в поле информации, касающейся вопросов ксе-
нофобии, национализма и т.п., может быть воспринято как 
злоупотребление открытостью и гостеприимством людей, ко-
торые вам эту информацию предоставили. Или представим 
себе следующую ситуацию: вы получили сведения из первых 
рук, т.е. от людей, которые сами исповедуют идеи нетерпи-
мости, или, скажем, национальной избранности. В этом слу-
чае конфликта не миновать: ваши собеседники впервые могут 
узнать о том, что их мнения и действия именуются национа-
листическими и, следовательно, заслуживают осуждения, пря-
мо из публикации вашего исследования1. А ведь ученый несет 

Ср. реплику Елены Обрадович: «Помимо трудностей, касающихся определения и „распознава-
ния” националистических практик и дискурсов <…>, действующие лица и группы, которые 


А Н Т Р О П О Л О Г И Ч Е С К И Й   ФОРУМ   №8
174

моральную ответственность не только перед обществом и на-
укой, но и перед информантами.
Острота этой проблемы — как соотнести ответственность пе-
ред информантами с собственными этическими убеждения-
ми — очевидна в тех исследованиях, где полевая работа про-
водится непосредственно среди агрессивных расистов, напри-
мер скинхедов. В форуме опубликованы реплики троих участ-
ников подобного проекта: Альбина Гарифзянова, Елена 
Омельченко и Хилари Пилкингтон. Их ответы, проиллюстри-
рованные описанием эмоций и ситуаций, в которых им при-
шлось оказаться, позволяют читателю понять всю сложность 
борьбы между разными моральными установками, существу-
ющими в сознании исследователя. Пилкингтон формулирует 
проблему предельно ясно: «Для некоторых не сообщать пра-
воохранительным органам о людях, рассказывающих о своем 
участии в преступлениях на расовой почве, является прене-
брежением этой обязанностью [соблюдать закон и действовать 

в интересах общества]. Для других этическим преступлением 

окажется таким образом обмануть доверие респондентов». 
Сложность выбора усиливается еще и тем, что исследователю 
приходится проделывать отдельную интеллектуальную и эмо-
циональную работу, чтобы выработать стратегию восприятия 
тех людей, взгляды которых он считает неприемлемыми, но с 
которыми он должен конструктивно взаимодействовать лицом 
к лицу. Другими словами, эту деятельность можно назвать 
формированием исследовательской позиции. Процитирую 
Хилари Пилкингтон: «Эта исследовательская позиция осно-
вана на представлении о респондентах как о людях, испове-
дующих конкретные политические взгляды, а не находящихся 
в их власти. <…> Подобное позиционирование предполагает, 
что вы подходите к вашим респондентам не одномерно, не 
как к пустым носителям ксенофобской идеологии, но как к 
многомерным индивидуумам, чья включенность в ксенофоб-
ские <…> группы играет определенную роль в их жизни».
Вообще говоря, ответы на вопросы о сложностях исследования 
ксенофобии и предпочтительных стратегиях, к которым прибе-
гаю ученые, ставшие на этот нелегкий путь, представляют отде-
льный интерес. Для кого-то принадлежность к определенной 
этнической группе облегчает выполнение задачи. Речь идет, 
прежде всего, но не только, о тех случаях, когда сам исследова-
тель относится к изучаемой группе, как в случае Елены Обра-
 
часто определяются нами как националистические, вовсе не считают себя таковыми. Их 
националистическая реакция на события кажется им рациональным поведением и проявлени-
ем „здравого смысла”».



<< предыдущая страница   следующая страница >>